Люди с пограничным расстройством личности (ПРЛ) не используют ни вытеснением ( «зрелая» защита), ни расщепление в его классическом понимании.
Вместо этого, как отмечал Фрейд, их Я подвергается деформации.
Оно функционирует в двух измерениях:
адаптивное (социальная сфера - работа, достижения и тп) Здесь человек может быть высокофункциональным
и второе - анаклитическое, которое ограничивается отношениями «зависимость-господство». Это измерение доминирует и обеспечивает выживание.
Между этим механизмом и расщеплением существует тонкая грань.
Она заключается в том, что пациенты с ПРЛ зачастую выглядят нормальными и не расщепляют саму реальность как таковую (в отличие от диссоциативного расщепления, которое ближе к психотическому, например, при шизофрении).
Однако их защита заключается в ином: они отрицают все фрустрирующие и неудобные аспекты реальности, которые не вписываются в их анаклитическую модель отношений.
Часто это приводит к тому, что человек полностью «бросает» себя в адаптивном измерении перестает работать, учиться, участвовать в социальной жизни и целиком «свешивается» на объект зависимости. Это состояние близко анаклитической депрессии.
Ключевой парадокс, отличающий ПРЛ, отбрасывает тень на само существование Я: «А есть ли я вообще?».
В отличие от классической депрессии, где утрата объекта предполагает предварительное существование сформированного Я (сначала есть «Я», которое затем теряет объект), здесь утрата объекта ставит под сомнение само существование «Я». Исчезновение объекта зависимости грозит полным исчезновением Я.
Автор: Оксана Юрах
